Джонатан Андерсон: «В моде главное – не думать слишком долго».

В этом году 31-летний ирландец Джонатан Андерсон стал первым дизайнером, получившим на церемонии British Fashion Awards сразу две награды: как лучший дизайнер и женской, и мужской одежды. А ведь с момента окончания его учебы в London College of Fashion прошло всего десять лет.

— Джонатан, поделитесь секретом такого стремительного успеха?

— Я люблю работать. И мне всегда хочется большего. Думаю, в моде по-другому ничего и не добиться. А еще нужна практика. Постепенно привыкаешь выдавать коллекции на-гора, главное — не думать слишком много, иначе идеи становятся уже не такими свежими. Почувствовал, сделал — пошел дальше.

— Труднее быть новичком, пробивающим себе дорогу, или уже добившимся успеха дизайнером, от которого каждый сезон ждут что-то новое?

— Я думаю, в моде трудно всегда. Для меня ничего не изменилось с приходом признания: я по-прежнему все время в поиске следующей идеи. Ты всегда должен делать вещи, релевантные моменту, неважно, насколько успешно идут дела с точки зрения бизнеса.

— Каково это — параллельно управляться с собственным брендом и Домом Loewe? Это ведь невероятный вызов себе.

— Это тяжело, скрывать не буду. Все дело в дисциплине. У меня две отдельные команды. Когда я отправляюсь в Loewe, то делаю только Loewe, это неукоснительно. Когда я в J.W. Anderson, не думаю ни о чем другом. Дома я не работаю в принципе, даже на сообщения стараюсь не отвечать. Это необходимо, если не хочешь, чтобы твоя жизнь была окончательно поглощена модой. Нужно иметь возможность подумать.

— Когда вы начинали работать на Loewe, руководство LVMH дало вам карт-бланш, или у вас все-таки был серьезный разговор о будущей эстетике бренда?

— Не было! Пьер-Ив Руссель, руководитель модного подразделения LVMH, поверил в меня и позволил делать то, что я считаю нужным. Словом, я — счастливчик. Зная о Loewe не так уж и много, во время собеседований я оказался на фабрике, и все увиденное там — материалы, мастера — произвело на меня такое сильное впечатление, что, вернувшись домой, я моментально подготовил проект. Понял, что мне действительно нужна эта работа. И вот я ее делаю.

— В чем отличие между Loewe и J.W Anderson?

— Покупательница Loewe чуть старше (покупателей-мужчин это не касается). И, конечно, вещи этого бренда дороже из-за высочайшего качества кожи и уровня мастерства ремесленников. Loewe — люксовый бренд с почти двухсотлетней историей, в то время как J.W. Anderson — более современный бренд, отражающий нынешнее состояние культуры.

— Невозможно обойти стороной вашу «нейтральность» в подходе к гендеру. Вы верите, что в будущем для женщин и мужчин будет один бесполый гардероб?

— Я верю, что мы уже пришли к этому. Мы больше не ассоциируем предметы гардероба с полом. Нам, мужчинам или женщинам, просто нравятся вещи, продукт. Мы, естественно, должны были к этому прийти.

— И все-таки вам, кажется, доставляет удовольствие заигрывать с гендером, не так ли?

— Так и есть (смеется). Скажем, я решаю, что шелк будет выглядеть интереснее на мужчине. И мне нравится, что это будет нарушать устои. Ведь в моде ты всегда стараешься найти новую «нормальность». Но это в первую очередь касается не гендера, а гардероба и того, как люди с ним обращаются. Мне вообще кажется очень важным то, что в современной культуре люди стали более открыто выражать себя без оглядки на стереотипы.

— Что по вашему мнению является сексуальным? И должна ли вообще одежда транслировать это?

— Я думаю, что сексуальная привлекательность — в человеке, а не в одежде. Чрезмерная сексуальность в конечном счете говорит лишь о том, как сильно человек хочет ее демонстрировать. На самом деле куда интереснее, когда люди сохраняют ее внутри. Мне хочется, чтобы одежда выглядела слегка неуклюже и оттого по-новому что на женщинах, что на мужчинах, именно это я нахожу привлекательным. Однако я также понимаю, что в моде, где я создаю свой микрокосм, может быть место чему угодно. Каждый, будь то женщина или мужчина, должен выражать себя таким способом, который делает его счастливым. Одежда ведь для этого и существует.

— По сравнению с тем прогрессивным дизайном, который вы показываете на подиуме, сами выглядите, скажем, очень нормально. Неужели на личные модные эксперименты не тянет?

— Если готовишь для кого-то, труднее это есть самому. С модой нечто похожее. Разумеется, я экспериментировал с собственным стилем в юности. Например, носил короткие обтягивающие велосипедки с огромным свитшотом. Просто когда мода становится работой, начинаешь потреблять ее иначе.

— И как вы потребляете ее сейчас?

— Сейчас у меня в гардеробе есть синие джемперы, серые джемперы, черные джемперы, белые футболки, черные футболки и джинсы. Буквально. Это что-то вроде униформы. Мне бы, может, и хотелось одеваться более изощренно, но в таком случае, боюсь, было бы куда труднее двигаться к новым идеям.

Интервью: Александр Зубрилин
Фото: Алена Чендлер